Загрузка. Пожалуйста, подождите...

    Это вам не санаторий! Часть 1.

    Вадим

    36jd04asht_4gxkcmz22n_vc010007.png (0.87 Kb)


    1. «Завтра домой»

    Аркадий Семенович сразу же отказался от больничной пищи, даже на нее не взглянув. «Я знаю, как здесь кормят» - сказал он с видом знатока, ни к кому по сути не обращаясь. Затем лег на видавшую виды кровать, заскрипевшую под грузным телом и аккуратно устроил руку, облаченную в белоснежный, еще непросохший гипс, на собственном животе. Полотенце — белое с красными полосками — заботливо выстиранное руками жены Полины, висевшее в изголовье, бесшумно сползло по гладкой спинке кровати, прошуршало по зеленой стене и чуть слышно шмякнулось на грязный пол. Аркадий Семенович выругался про себя, едва заметно шевеля губами, отчего стал похож на большого сома, обитающего на дне, но поднимать не полез. Уборщица потом шваброй достанет - пусть познакомится с новыми участками пола, коих не успела узнать за всю свою многолетнюю трудовую деятельность. Он перевел свой скучающий взгляд на соседа справа. Человек был без одной ноги, с какой — то замудренной болезнью позвоночника и все дни проводил в постели, хотя возле кровати его стоял, похожий на конечность киборга из будущего, протез в шнурованном, ортопедическом ботинке. Он читал явно несвежую газету, возможно, даже прошлогоднюю, которых так много в каждой палате любой из больниц. Золотого цвета очки, зрачки лениво бегают по строчкам потерявших остроту новостей и восклицательных заголовков, цепочка, прикрепленная к дужкам, стекает извилистой рекой по фаланге его носа, губам и подбородку. Бледно — розовое полотенце тоже на спинке в изголовье, только завязанное крепким узлом.
    - Предосторожность. Если упадет нужно будет просить кого-то поднять, а это хлопотно — подумал Аркадий Семенович, проникаясь чувством уважения к немощному, но в чем-то очень сильному соседу и дал себе обещание сделать тоже самое.
    Неожиданно в палату, задев бортом дверной косяк, влетела на огромной скорости, обшарпанная, с черными, резиновыми ручками, каталка, управляемая опытными пилотами в белых халатах. Совершив несколько превосходных маневров между кроватями, она затормозила у свободной, располагавшейся по левую руку от ложа Аркадия Семеновича. На каталке лежал испуганный, не совсем местной наружности, покрытый цветным, линялым одеялом, человек и бормотал бессвязное, неумело смешивая языки — родной и русский. Медсестра, стоявшая ближе, прервала непонятный монолог:
    -Перелезай! - и повела полной рукой в сторону кровати.
    Когда указание было выполнено, на край водрузили железный каркас, выполняющий роль растяжки, веревка с грузом натянулась, распрямляя ногу, больной чуть слышно застонал, откинулся на подушку и закрыл глаза. Гоночная каталка тут же испарилась, загрохотала пустотой по коридору, словно специально попадая во все выбоины и неровности выщербленной временем плитки, спеша на помощь очередному страждущему или пока в «гараж» к окну за неимением оных. Новый постоялец, наконец, открыл глаза. Аркадий Семенович, не придумав лучшего, брякнул банально:
    -Все будет хорошо! Потанцуешь еще!
    Ответа не последовало, но глаза пациента ожили, едва заметно блеснули восточным огнем. В разговор вступил одноногий сосед, все еще листавший газету:
    -Сам откуда будешь? -любопытство от скуки.
    -Узбекистан — приподнялся на локтях и добавил неожиданно для всех — завтра домой. Камень, стройка работал, упал, нога, завтра домой.
    -Эх, милый, какой ты скорый. Не так быстро - сказал мужчина в усах, старательно вписывая угаданное слово в сетку сканворда. Узбек забормотал по-своему, верно ругался, а в конце снова упрямо заявил:
    -Завтра домой...
    Объяснять дальше было бессмысленно. Все замолчали, а Аркадий вспомнил, как некогда, тоже работая на стройке, попросил одного такого же не совсем местного маляра покрасить небольшую лесенку, оперируя жестами и для наглядности даже провел рукой, словно кистью, вперед и назад по верхней ступеньке. Тот улыбнулся и понимающе закивал головой. Минут через пятнадцать подходит, снова улыбается — мол, готово — принимайте. Глянул и обомлел, покрашенной оказалась только та ступенька, на которую показывал, и более ничего. Рассказал ребятам, долго тогда смеялись, а теперь вот не до смеха было — всем хотелось завтра домой.
    Звеня ведрами, пронумерованными яркой, масляной и уже местами стертой в нелегкой, кочевой жизни, краской, к палате подкатила тележка с обедом. Две шустрые санитарки разнесли тарелки по тумбочкам, Аркадий Семенович остался непреклонен и отказался, хотя пахло и в самом деле ничего, однако, сложно, ох, как сложно, переубедить человека, привыкшего к домашним кулинарным изыскам и фантазиям. Он ждал свою дорогую Полину с ее необыкновенными, сочными котлетами, наваристым, дымящимся борщом, которая должна была появиться с минуты на минуту, да вот все никак не приходила. Больные меж тем уже улепетывали за обе щеки, звенели ложками, запивали бледным чаем. К горлу Аркадия Семеновича подступила слюна, трубно заурчало в желудке. Он лег на кровать, закрыл глаза, стараясь отвлечься, думать о чем-нибудь постороннем и не заметил, как уснул. Проснулся он от гула множества голосов совсем рядом, к соседу-узбеку пришли посетители — добрый десяток; они обступили его кровать плотным кольцом и говорили все хором, точно так же не слишком умело смешивая языки — привычный и тот на котором изъясняться приходилось в силу настоящего географического положения. Вокруг все еще скребли ложками по краям железных мисок.
    -Что обед еще? - обратился к одноногому соседу.
    Тот усмехнулся набитым до отказа ртом:
    -Завидный сон у вас, хочу вам доложить. Ужин уже. Здесь рано дают.
    Восточные гости, кивнув головами все разом и попрощавшись на ломаном, но русском языке, друг за другом, словно муравьи по тропинке, вышли из палаты. Аркадий Семенович набрал на сотовом номер жены:
    -Полина, я тебя потерял, ты где?
    -Дорогой, у меня страшнейший аврал на работе. Ты знаешь — у нас всегда так в конце года. Я к тебе не успеваю сегодня, ты уж поешь, ну, что там дают, а завтра я с утра прямо к тебе...
    -Ладно. До завтра. Целую.
    -И я тебя...
    Аркадий Семенович истощенно вздохнул — из еды в тумбочке проводили одиноко досуг только случайно захваченные шоколадные пряники. Кто-то тронул осторожно за плечо. Обернулся. Узбек уже не выглядел таким испуганным после прихода своих, словно они принесли ему с собой уверенность, в том, что он не одинок и он готов был теперь дарить ее по частицам каждому, кому она сейчас была необходима:
    -Дорогой, плов будешь?
    -Буду... - отозвался страдалец
    -Кушай... Сколько хочешь кушай...
    -Да - Мужчина в усах снова вписал угаданное слово в сетку — тут привыкнуть надо... Это вам не санаторий!

    Итоговый балл статьи за месяц 2
    Место статьи в рейтинге за август
    О системе подсчета баллов читательских симпатий


    Другие статьи этого автора
    Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
    Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

    Или войти используя: Вконтакте Facebook Twitter Odnoklassniki Yandex Mail.ru Rambler Google Livejournal

Станьте нашим автором! О системе баллов читательских симпатий

Новый фильм Тактарова!
Простые люди играют в опасные игры с законом. А актеры на съемках получают настоящие синяки и переломы.

Задайте вопрос
  • Научитесь любить себя
    Мой ответ: "Здравствуйте, Алина!Начнём с комплекции. Если речь идёт об излишнем весе, то борьбу с Вашим барьером можно начать с заботы о фигуре. Существует масса методик для этого. Главное в любой из них — избегать переедания и поддерживать физическую активность. Однако, стоит помнить, что дости...
    Читать ответ полностью
    Задать свой вопрос
Колонка редактора
Последние комментарии
 
Женя Морозов: Ванюша Грозный любил сажать своих подданых на кол и веселился, видя мучения умирающих людей. А Петру...
Эльта: Очень хороший рассказ - жизненный, философского плана, заставляет думать
Клава Я: Любопытный мужской взгляд, попахивающий эгоизмом
Глория: tongue Больше всего понравился розыгрыш с мылом - надо попробовать
Полина Карпеева: Здравствуйте, ошибка исправлена.
Дериземля Евгения: Уважаемая редакция.Хочу обратить Ваше внимание на то, что Вы по-ошибке выложили вторую часть рассказ...
 


Опрос

Вы по жизни веселый человек?

Да, я во всем оптимист. (33)
Нет, я во всем вижу худшую сторону. (5)
Когда как, иногда очень веселый(ая), иного наоборо (48)
Кто-то говорит, что веселый(ая), но я так не счита (6)


Голосовать

Введите Ваш email адрес:

Это вам не санаторий! Часть 1.

Вадим
Литература, просмотров 111

36jd04asht_4gxkcmz22n_vc010007.png (0.87 Kb)


1. «Завтра домой»

Аркадий Семенович сразу же отказался от больничной пищи, даже на нее не взглянув. «Я знаю, как здесь кормят» - сказал он с видом знатока, ни к кому по сути не обращаясь. Затем лег на видавшую виды кровать, заскрипевшую под грузным телом и аккуратно устроил руку, облаченную в белоснежный, еще непросохший гипс, на собственном животе. Полотенце — белое с красными полосками — заботливо выстиранное руками жены Полины, висевшее в изголовье, бесшумно сползло по гладкой спинке кровати, прошуршало по зеленой стене и чуть слышно шмякнулось на грязный пол. Аркадий Семенович выругался про себя, едва заметно шевеля губами, отчего стал похож на большого сома, обитающего на дне, но поднимать не полез. Уборщица потом шваброй достанет - пусть познакомится с новыми участками пола, коих не успела узнать за всю свою многолетнюю трудовую деятельность. Он перевел свой скучающий взгляд на соседа справа. Человек был без одной ноги, с какой — то замудренной болезнью позвоночника и все дни проводил в постели, хотя возле кровати его стоял, похожий на конечность киборга из будущего, протез в шнурованном, ортопедическом ботинке. Он читал явно несвежую газету, возможно, даже прошлогоднюю, которых так много в каждой палате любой из больниц. Золотого цвета очки, зрачки лениво бегают по строчкам потерявших остроту новостей и восклицательных заголовков, цепочка, прикрепленная к дужкам, стекает извилистой рекой по фаланге его носа, губам и подбородку. Бледно — розовое полотенце тоже на спинке в изголовье, только завязанное крепким узлом.
- Предосторожность. Если упадет нужно будет просить кого-то поднять, а это хлопотно — подумал Аркадий Семенович, проникаясь чувством уважения к немощному, но в чем-то очень сильному соседу и дал себе обещание сделать тоже самое.
Неожиданно в палату, задев бортом дверной косяк, влетела на огромной скорости, обшарпанная, с черными, резиновыми ручками, каталка, управляемая опытными пилотами в белых халатах. Совершив несколько превосходных маневров между кроватями, она затормозила у свободной, располагавшейся по левую руку от ложа Аркадия Семеновича. На каталке лежал испуганный, не совсем местной наружности, покрытый цветным, линялым одеялом, человек и бормотал бессвязное, неумело смешивая языки — родной и русский. Медсестра, стоявшая ближе, прервала непонятный монолог:
-Перелезай! - и повела полной рукой в сторону кровати.
Когда указание было выполнено, на край водрузили железный каркас, выполняющий роль растяжки, веревка с грузом натянулась, распрямляя ногу, больной чуть слышно застонал, откинулся на подушку и закрыл глаза. Гоночная каталка тут же испарилась, загрохотала пустотой по коридору, словно специально попадая во все выбоины и неровности выщербленной временем плитки, спеша на помощь очередному страждущему или пока в «гараж» к окну за неимением оных. Новый постоялец, наконец, открыл глаза. Аркадий Семенович, не придумав лучшего, брякнул банально:
-Все будет хорошо! Потанцуешь еще!
Ответа не последовало, но глаза пациента ожили, едва заметно блеснули восточным огнем. В разговор вступил одноногий сосед, все еще листавший газету:
-Сам откуда будешь? -любопытство от скуки.
-Узбекистан — приподнялся на локтях и добавил неожиданно для всех — завтра домой. Камень, стройка работал, упал, нога, завтра домой.
-Эх, милый, какой ты скорый. Не так быстро - сказал мужчина в усах, старательно вписывая угаданное слово в сетку сканворда. Узбек забормотал по-своему, верно ругался, а в конце снова упрямо заявил:
-Завтра домой...
Объяснять дальше было бессмысленно. Все замолчали, а Аркадий вспомнил, как некогда, тоже работая на стройке, попросил одного такого же не совсем местного маляра покрасить небольшую лесенку, оперируя жестами и для наглядности даже провел рукой, словно кистью, вперед и назад по верхней ступеньке. Тот улыбнулся и понимающе закивал головой. Минут через пятнадцать подходит, снова улыбается — мол, готово — принимайте. Глянул и обомлел, покрашенной оказалась только та ступенька, на которую показывал, и более ничего. Рассказал ребятам, долго тогда смеялись, а теперь вот не до смеха было — всем хотелось завтра домой.
Звеня ведрами, пронумерованными яркой, масляной и уже местами стертой в нелегкой, кочевой жизни, краской, к палате подкатила тележка с обедом. Две шустрые санитарки разнесли тарелки по тумбочкам, Аркадий Семенович остался непреклонен и отказался, хотя пахло и в самом деле ничего, однако, сложно, ох, как сложно, переубедить человека, привыкшего к домашним кулинарным изыскам и фантазиям. Он ждал свою дорогую Полину с ее необыкновенными, сочными котлетами, наваристым, дымящимся борщом, которая должна была появиться с минуты на минуту, да вот все никак не приходила. Больные меж тем уже улепетывали за обе щеки, звенели ложками, запивали бледным чаем. К горлу Аркадия Семеновича подступила слюна, трубно заурчало в желудке. Он лег на кровать, закрыл глаза, стараясь отвлечься, думать о чем-нибудь постороннем и не заметил, как уснул. Проснулся он от гула множества голосов совсем рядом, к соседу-узбеку пришли посетители — добрый десяток; они обступили его кровать плотным кольцом и говорили все хором, точно так же не слишком умело смешивая языки — привычный и тот на котором изъясняться приходилось в силу настоящего географического положения. Вокруг все еще скребли ложками по краям железных мисок.
-Что обед еще? - обратился к одноногому соседу.
Тот усмехнулся набитым до отказа ртом:
-Завидный сон у вас, хочу вам доложить. Ужин уже. Здесь рано дают.
Восточные гости, кивнув головами все разом и попрощавшись на ломаном, но русском языке, друг за другом, словно муравьи по тропинке, вышли из палаты. Аркадий Семенович набрал на сотовом номер жены:
-Полина, я тебя потерял, ты где?
-Дорогой, у меня страшнейший аврал на работе. Ты знаешь — у нас всегда так в конце года. Я к тебе не успеваю сегодня, ты уж поешь, ну, что там дают, а завтра я с утра прямо к тебе...
-Ладно. До завтра. Целую.
-И я тебя...
Аркадий Семенович истощенно вздохнул — из еды в тумбочке проводили одиноко досуг только случайно захваченные шоколадные пряники. Кто-то тронул осторожно за плечо. Обернулся. Узбек уже не выглядел таким испуганным после прихода своих, словно они принесли ему с собой уверенность, в том, что он не одинок и он готов был теперь дарить ее по частицам каждому, кому она сейчас была необходима:
-Дорогой, плов будешь?
-Буду... - отозвался страдалец
-Кушай... Сколько хочешь кушай...
-Да - Мужчина в усах снова вписал угаданное слово в сетку — тут привыкнуть надо... Это вам не санаторий!

Итоговый балл статьи за месяц 2
Место статьи в рейтинге за август
О системе подсчета баллов читательских симпатий


Другие статьи этого автора
  • Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
    Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо войти на сайт под своим именем.

    Или войти используя: Вконтакте Facebook Twitter Odnoklassniki Yandex Mail.ru Rambler Google Livejournal